Клинические наблюдения

Дальше, развивая свои мысли, К. Пархон-Штефанеску и Э. Томоруг пишут: «Представляется затруднительным сказать точнее, способствует ли в условиях изоляции появлению галлюцинаций состояние кортикального возбуждения ниже оптимального уровня (т. е. ниже условий нормального функционирования), или же соответствующий очаг возбуждения приобретает значительную интенсивность лишь потому, что нет другого или, во всяком случае, существует мало очагов, которые притягивали бы" к себе нервное возбуждение».

Таким образом, становится совершенно ясным, что психическая травма, особенно если она сочетается с полной изоляцией больного от внешнего мира, может являться серьезным патогенным фактором, способствующим возникновению как реактивных, так и алкогольных психозов.

Наши клинические наблюдения показывают, что если таким добавочным патогенетическим фактором является лсихичеокая травма, то в клинической картине алкогольного галлюциноза, особенно в начале заболевания, будет иметь место реактивно обусловленная психопатологическая симптоматика. Здесь найдут свое отражение травматизирующие больного переживания, истерическая и депрессивная психопатологическая симптоматика.

Следовательно, реактивные моменты отражаются не только во времени (развитие психоза непосредственно после психической травмы), но и в психопатологической картине алкогольных галлюцинозов.

Особенно отчетливо выступали реактивные моменты в период пребывания больного в травмирующей обстановке, в первые дни его пребывания в стационаре. Острота возникновения психотического состояния, яркая ситуационная окраска галлюцинаций, аффективное состояние больных создавали большое сходство вышеуказанного психоза с реактивным галлюцинозом. Содержание галлюцинаций являлось комплексом и отражало травмирующие переживания больного.

22.11.2017