Таким образом, при работе обследуемого в контакте с гепато-тропными ядами некоторые результаты биохимического анализа его крови могут маскировать и (или) имитировать реакцию ряда ферментных систем на хроническую или острую алкогольную интоксикацию. В то же время модификация реакции ферментов на интоксикацию не маскирует состояние алкогольной зависимости или абстиненции, которые сопровождаются не только резкими колебаниями активности ферментов, но и выраженными клиническими признаками.

Вышесказанное подчеркивает огромную важность тесного сотрудничества врача-лаборанта и клинициста, обсуждения анамнестических сведений о наличии у обследуемого профессиональных заболеваний или о длительной работе его в условиях профвредно-сти, а также других клинических симптомов с целью предотвращения ложной диагностической трактовки выявленных отклонений от нормы биохимических параметров. При отсутствии этих необходимых сведений диагностическая интерпретация нарушенных биохимических констант крови откладывается до их получения и последующего обсуждения со специалистами (терапевтами, наркологами, токсикологами).

Еще одной немаловажной причиной ограниченного применения лабораторной диагностики в наркологии является невозможность полноценного проведения энзимодиагностики на фоне медикаментозного лечения. Несмотря на детально изученные биохимической фармакологией вопросы лекарственной индукции оксигеназ микро-сом печени, в отношении диагностически значимого фермента ГГТ наши представления ограничиваются лишь индуцирующим влиянием на него противосудорожных средств, снотворных и контрацептивных препаратов. Имеются также сведения об активации ГГТ глу-таматом и желчными кислотами, об ингибировании этого фермента паранитроанилидом и бромсульфалеином (J. Braun и соавт, 1987).